Золотой финал и пять медалей: как татарстанцы выступили на чемпионате Европы по водным видам спорта в Париже

С 31 июля по 16 августа в Париже проходил чемпионат Европы по водным видам спорта. Для российской сборной, выступавшей в нейтральном статусе, этот турнир стал важнейшей проверкой сил после длительного перерыва в международных стартах.

Итог превзошёл ожидания: 32 медали (10 золотых, 9 серебряных, 13 бронзовых) и третье место в общекомандном зачёте – сборная России уступила только Великобритании и Италии. Весомый вклад в этот успех внесли спортсмены из Татарстана, завоевавшие пять медалей всех достоинств.

Плавание: триумф в эстафете и первое взрослое Евро

Главным героем для Татарстана стал Андрей Минаков. 24-летний пловец, специализирующийся на баттерфляе, изначально ехал в Париж как эстафетный боец – на июньском чемпионате России в Казани его личные результаты были скромными. Однако именно в эстафете Минаков показал свой настоящий класс.

В заключительный день турнира мужская сборная России в составе Климента Колесникова, Ивана Кожакина, Андрея Минакова и Егора Корнева выиграла золото в мужской комбинированной эстафете 4×100 м с результатом 3 минуты 28,67 секунды. Минаков на третьем этапе (баттерфляем) отработал свой отрезок за 50,34 секунды, сохранив минимальное преимущество, добытое партнёрами.

После победы пловец заявил: «Пусть весь мир не забывает, что комбинированная эстафета – это эстафета нашей сборной».

Дебютанткой взрослого чемпионата Европы стала Ралина Гилязова из Набережных Челнов. На чемпионате России в июне она выиграла 50 метров брассом, опередив шестикратную чемпионку мира Юлию Ефимову. В Париже Гилязова столкнулась с неожиданным испытанием: в полуфинале на 50 м брассом она показала одинаковый результат с литовской соперницей, что потребовало перезаплыва. По словам спортсменки, она поначалу подумала, что это шутка.

В итоге Гилязова заняла 15-е место на 100 м брассом — результат, который для первого Евро можно считать достойным опытом.

Ещё одна представительница Татарстана, Софья Дьякова, завоевала две бронзовые медали – в женской и смешанной эстафетах 4×200 м вольным стилем. В женской эстафете российский квартет (Ксения Мишарина, Софья Дьякова, Дарья Сурушкина, Дарья Клепикова) уступил серебряным призёрам из Венгрии всего 4 сотые секунды. При этом бронза была вырвана у немецкой команды с преимуществом в 1 сотую.

Прыжки в воду: золотой дуэт и надежды на будущее

В прыжках в воду Татарстан представлял Никита Шлейхер – спортсмен, который незадолго до турнира прошёл через дисквалификацию и снятие санкций после публичных извинений.

Главным успехом Шлейхера стала победа в синхронных прыжках с 10-метровой вышки. Вместе с Русланом Терновым он завоевал золото чемпионата Европы. По итогам шести прыжков российский дуэт набрал 443,82 балла, уверенно опередив серебряных призёров из Италии (416,46).

Также в паре с Евгением Кузнецовым на трёхметровом трамплине Шлейхер завоевал серебро. Тренер сборной Татарстана Павел Муякин высоко оценил выступление спортсменов, отметив, что с Шлейхером и Терновым команда связывает большие надежды на будущее.

«Уверен, что в лучшем своём состоянии ребята могли бы прибавить ещё баллов 20 и уже с этими баллами претендовать и на олимпийскую медаль в Лос-Анджелесе».

Синхронное плавание: золото акробатической группы

Единственную золотую медаль в копилку Татарстана в индивидуальном зачёте принесла Агния Тулупова – двукратная серебряная призёрка чемпионата мира 2025 года. В составе российской команды по синхронному плаванию она завоевала золото в акробатической групповой программе.

Это третье золото российских синхронисток на турнире. Тулупова отметила, что победа далась в борьбе с очень сильными соперницами. Команда приехала в Париж за реваншем после чемпионата мира в Сингапуре и успешно выполнила задачу.

Хайдайвинг: дебют 17-летнего Истомина

В хайдайвинге – прыжках с 20-метровой вышки – Татарстан был представлен Павлом Истоминым. 17-летний спортсмен по итогам четырёх попыток набрал 203,90 балла и занял 12-е место. Для дебютанта такого уровня это ценный опыт на пути к будущим успехам.

Итоги: пять медалей – вклад в общую победу

Шесть спортсменов из Татарстана принесли в копилку сборной пять медалей: золото Минакова в эстафете и Тулуповой в синхронном плавании, серебро Минакова и Шлейхера (дважды) и бронзу Дьяковой (дважды). Наставники татарстанской сборной Светлана Моисеева и Павел Муякин высоко оценили выступление своих подопечных, отметив, что парижский чемпионат задаст вектор дальнейших выступлений.

Россия вернулась на чемпионат Европы после лет изоляции — и сразу в тройку сильнейших. Татарстанские спортсмены внесли в этот успех свой яркий и весомый вклад.

Павел Истомин:

Павел, это, наверное, самый красивый вид, который открывается перед прыжком?

– Конечно. Это особенный момент – прыгать на фоне Эйфелевой башни.

О чём ты как правило думаешь, когда прыгаешь? Тебе важно, где это происходит? Как? При каких обстоятельствах?

– Если честно, то нет. Когда я стою на лестнице и готовлюсь, ещё могут проскакивать какие-то мысли. Но как только встаю на край – всё отлетает. Друзья, родные, близкие, кстати, шутили на эту тему.

Есть известная фраза «увидеть Париж и умереть». А у тебя как раз такая экстремальная дисциплина…

– Нет, знаете, я впервые такую даже слышу.

Хорошо, но были ли у тебя страхи? Всё-таки спорт не для слабаков.

– Страх не разбиться? Он есть, конечно, и всегда был, и всегда будет.

А как перебороть этот страх? Просто брать и делать? Или каждый раз боишься?

– Нет, я каждый раз боюсь… Каждый прыжок с 20 метров – это всегда страх. Но у меня мама – спортивный психолог. Она учила говорить себе: «Ты лучший, у тебя всё получится». Так и двигаюсь.

Насколько важна техника входа? Как я понимаю, в хайдайвинге надо входить не пяткой, чтобы не сломать ноги. Как все такие нюансы учитывать?

– Хороший вопрос, на который я только недавно нашёл ответ. Лучшая техника, самая безопасная – нужно как можно сильнее «натянуть» носки, но при этом пальцы взять на себя – вот как-то так.

Окей, а у тебя когда‑нибудь случались неудачные прыжки с большой высоты? С маленькой у всех бывают, а чем чреваты ошибки на высоте 20 метров?

– Вот когда я первый раз прыгал с этой вышки, то нормально так приложился – перетянуло мышцы. Но всё в порядке, без травм, я нормально сориентировался.

Ещё раз для понимания, когда это было?

– На тренировке, непосредственно перед стартом соревнований.

Многие спортсмены тренируются прямо на соревнованиях – приезжают и собирают на месте прыжки.

Как ты вообще пришёл в этот вид спорта?

– Я занимаюсь прыжками в воду уже 10 лет. Сначала в бассейне занимался, а потом перешёл сюда, в хайдайвинг.

А почему всё-таки не классические прыжки? Потому что там нет такого драйва?

– Честно – в классических прыжках конкуренция очень большая. А сюда, на 20 метров, почти просто так получилось поехать. Так что пока я двигаюсь в двух направлениях.

Ты смотрел фильм «Эдди Орёл»?

– Нет.

А слышал историю? Британский спортсмен мечтал попасть на Олимпиаду, выбрал прыжки с трамплина – один из самых сложных для любителей. И пошёл прыгать с 90 метров. У тебя похожая история: ничего не бояться и делать, что нравится?

– Саму историю про Эдди я слышал, да. Наверное, мы и правда похожи чем-то с ним. Мне нравится работать на публику, слышать аплодисменты, крики. Ради этого и прыгаю с 20 метров.

У тебя прыжок был слабее по коэффициенту сложности чем у соперников, заметно слабее. Не успевал собрать что-то труднее?

– Нет, условия то есть. Проблема, думаю, только в страхе. Делать более сложный прыжок, с акробатикой – это уже совсем иной уровень ответственности и риска…

А какая у тебя глобальная цель в спорте? Думаешь, что хай-дайвинг станет олимпийским, и работаешь на это?

– Пока основных целей с 20 метров нет. В классических прыжках я хочу выполнить звание заслуженного мастера спорта. А здесь пока что просто работа на публику. Но я верю, что в скором времени хай-дайвинг войдёт в олимпийскую программу. И тогда будет совсем другой подход.

А что нужно делать, чтобы прогрессировать дальше? Тренеры вас готовят? В Казани максимум можно прыгать с 20 метров, а для 27 нужны уже другие условия?

– Многие спортсмены, которые прыгают с 27 метров, тренируются прямо на соревнованиях – приезжают и собирают новые прыжки на месте. Для меня это пока загадка, но они так делают. Тренировочных условий нужных на 27 метров почти нигде и нет, по крайней мере круглогодичных.

До тебя в хайдайвинге был Артём Сильченко, и он говорил, что даже выступал на круизных лайнерах, в том числе чтобы заработать. Готов к такому?

– Почему нет? Знаю, что такие лайнеры есть в Америке, в Китае. Если пригласят – подумаю, может быть, и поеду.

И не надоедает такая жизнь?

– Пока что нет. Пока работаешь – тренируешься. Всё в порядке.

Прыжок с Эйфелевой башни возможен, почему нет? Пока рекорд – прыжок с 50 метров.

Ты общаешься с Никитой Шлейхером? Есть ли у тебя шанс побороться с ним на «десятке», а у него с тобой на «двадцатке»?

– Никита прыгал с «двадцатки» пару обязательных прыжков, и я думаю, что он бы многое выиграл на самом деле. Но у него хорошо получается в классике, зачем ему хайдайвинг.

В Казани проходил чемпионат мира в 2015 году, годом ранее этап Кубка мира по хайдайвингу. Примерно тогда и полюбил этот вид спорта?

– Нет, я тогда ещё не жил в Казани. Я сам из Москвы, приехал сюда три года назад.

Как так получилось? Переехали чтобы заниматься прыжками в воду?

– Нет, скорее просто чтобы комфортно жить. В Казани народу поменьше, потише, комфортнее. Мне нравится этот город.

Это было твоё решение или семейное?

– Я сказал маме, что хочу уехать, мама собралась и отправила семью в Татарстан. Там здорово!

Что красивее: вид на Сену и Эйфелеву башню или в Казани – на Казанку и Кремль?

– Наш Кремль, безусловно, намного лучше. Хотелось бы, чтобы ещё раз чемпионат мира прошёл в Казани, и иметь возможность прыгать на фоне башни Сююмбике. Уверен, что это очень красиво.

Что вкуснее – эчпочмак» или круассан?

– Эчпочмак, без вариантов. Он и насыщеннее, калорийнее, и вкуснее.

А вообще, как тебе французская кухня? Не все тут наши ребята её оценили.

– А я даже не успел распробовать. В гостинице только шведский стол. Мы прилетели вечером накануне соревнований, сразу пошли тренироваться. Сразу после прыжков – домой.

Есть планы на прогулки в Париже? Времени не будет?

– Пока никаких. Отпрыгать своё – и всё. О большем не думаю.

Как думаешь, возможен шоу-прыжок с Эйфелевой башни?

– Думаю возможен, почему нет? Французам надо об этом подумать. Есть же рекорд: один мужчина прыгал с 50 метров, он сломал две ноги, но прыгнул. Можно что-то повторить такое, рядом бассейн поставить какой-то….

В Казани я прыгаю с крыши водного дворца, там специальные балки, которые здание держат.

Ещё раз для понимания. Как ты вообще оказался на чемпионате Европы? Нет же никаких отборочных соревнований в этой дисциплине.

– Я тренировался у себя дома в Казани, с тех же 20 метров. Помню тренировался, а через пару месяцев мне сказали: «Давай попробуем и вот такой прыжок собрать». Собрали ещё один. Вообще, главный тренер даже вживую меня не видел, мы прислали ему видео, он сказал: «Пойдёт». Так я и поехал.

Где конкретно ты тренируешься? Как таковых вышек на 20 метров же нет…

– В Казани прыгаем с крыши ДВВС (Дворца водных видов спорта – прим.), там забираешься наверх, на крышу, до самой вышки. Там специальные балки, которые всю конструкцию здания держат.

У нас, когда чемпионат России проходит, там спортсмены и выступают, вернее, исполняют из-под крыши шоу-прыжки. А я там тренируюсь. Чтобы забираться туда сначала едешь на лифте, потом лестница, потом ещё одна лестница, потом уже подходишь к потолку и пролезаешь.

В Париже и мужчин, и женщин отправили прыгать только с 20 метров. Получается, с 27 метров ты никогда ещё не прыгал?

– Нет. Кто знает, время покажет, может, и прыгну 27 метров. Сейчас я даже не думаю об этом. Семь метров плюсом точно скажутся на скорости входа, плюс скорость в полёте выше. Это будут совсем другие ощущения.

Вообще, мне очень интересно узнать, почему в Париже 20 метров только, а не 27 – но никто не ответил. Про глубину не знаю, не скажу, я вот прыгнул и не достал дна.

Ты говорил в старом интервью, что хочешь попробовать клифф-дайвинг – прыжки со скал. Сейчас тоже хочешь?

– Хотел бы попробовать, но не чтобы профессионально заниматься ими.

А есть место, где обязательно хочется прыгнуть?

– Либо Лондон, либо Пекин. Туда хотел бы съездить.

Именно в городах? А если брать какие-то природные локации, например, Байкал?

– Не знаю. Тренер рассказывал, что прыгал в Атлантический океан. Наверное, жутко холодно, а здесь вода тёплая.

Здесь в Сене 25–26 градусов. Удалось поплавать?

– Нет, нас после прыжка сразу довозят – сел и всё. Но я бы и поплавал, вода приятная вроде бы.

Расскажи побольше о себе: чем увлекаешься в свободное время?

– У меня почти нет свободного времени. Скоро сентябрь начнётся, учёба, нужно находить время будет и на неё, и на спорт.

Где учишься?

– Поступил недавно в Казанское училище олимпийского резерва.

Нет мыслей попробовать себя в чём-то еще? В других экстремальных дисциплинах? Прыгнуть с крыши?

– По приколу можем что-то придумать, я за разный движ. Моим видом спорта единицы в стране занимаются. Я уже чего только не перепробовал, наверное, уже даже и мыслей нет о чём-то новом… Разве что осталось прыгнуть с парашютом, наверное, и в космос слетать.

Ралина Гилязова:

Какие у вас были эмоции, когда вы узнали, что будет сначала первый переплыв, а потом и второй?

– Раньше я с таким не сталкивалась. Так что это был мой первый переплыв вообще в жизни, а потом сразу ещё и второй… Немножко даже в шоке, вчера с тренером много говорили, обсуждали, но меня это и веселит.

В истории плавания было всего несколько подобных случаев. Поднимали архивы в интернете?

– Не искала специально, видела только, что выставляли такую информацию, где-то перед Олимпиадой последней было два переплыва.

Есть вообще понимание как такое произошло? Чистая случайность?

– Вероятно. Вчера я, конечно, очень сильно удивилась. Когда увидела опять одинаковые секунды, подумала сразу, что это пранк какой-то, кто-то смеётся так надо мной. Не надо, пожалуйста!

В команде тоже надо мной посмеялись, спросили, Ралина, как такое может быть? Вы что, специально договаривались с литовкой?

И правда, пообщались с Катариной Тетеревковой?

– Мы поговорили, оказалось, что литовка хорошо знает русский язык. Мы с ней пошутили, она выдала утром – всё, не хочу больше плыть. Надоело. Хочу побыстрее отстрартоваться и поехать уже домой… Хватит. Но всё это в шутку было.

То есть монетку на победителя с ней не бросали?

– Нет, ничего такого. По-спортивному зарубились.

Какой был настрой на этот переплыв?

– В первую очередь – показать свои лучшие секунды. Не очень получилось, но выдала близко к лучшему результату.

Вы понимали в чём в принципе смысл участия в таких перезаплывах? Можно же было и сняться.

– А зачем сниматься. Есть возможность – почему бы и не плыть. Я ничего не теряю, простартовка на взрослой Европе. Мой первый взрослый международный турнир, важен каждый момент.

А в чём мотивация, если всё равно скорее всего не допустят до финала?

– Так терять мне нечего. Могу простартоваться – почему бы и нет. Лучшие секунды может бы показала, кто его знает.

В ожидании возможного вызова в финал нужно сидеть в бассейне. Грустно, что не удалось погулять по городу?

– В целом, я уже гуляла. Прогулялась по магазинам в свободное время, купила себе сумочку, очень этому рада.

Не всем нашим сборникам в городе понравилось. А как у вас?

– Крыс я пока не видела… Насчёт того, что воняет, это правда. Простите, как есть.

То есть Казань лучше Парижа?

– Пока не могу точно сказать какой город лучше, но в Казани мне точно будет комфортнее. Тут иностранцы… У нас как будто всё поновее, мне в Татарстане больше нравится

Наша татарская кухня для меня куда ближе, круассаны я вообще не люблю.

И на 100-метровке, и на «полтиннике» без финала. Грустный итог?

– Я расстроилась, конечно. По ощущениям в полуфинале я плыла хорошо, не попала в касание. Не скажу, что устала, но что-то пошло не так. Было легко в целом, не знаю, что пошло не так.

Перед заплывом не переживала, единственное, не смогла поспать днём, волновалась. Это опыт. Всякое бывает, это «полтинник», это фортуна. А в моём случае ещё и такая забавная история.

Что касается сотни, то там расстройства не было никакого, мы с тренером изначально готовились больше на 50 метров, на сотню не рассчитывали особо. Наоборот, я пробила из 1 минуты 8 секунд, этому я была рада.

Как в целом оцените для себя этот чемпионат Европы? Он точно запомнится.

– Прежде всего, конечно, переплывами запомнится. А так, если брать в целом, мне очень понравилось. Очень большой и ценный опыт.

Я очень рада и благодарна тому, что участвую на чемпионате Европы, что только вышла из юниорского плавания и сразу отобралась на взрослый чемпионат.

Будем дальше работать, стараться, отбираться. Дальше уже короткая вода, ждём что там результаты будут сильнее. Настраиваемся на Пекин, на ЧМ по короткой воде в декабре.

Как оценили атмосферу турнира?

– На внутренних стартах в России я теперь точно буду чувствовать себя увереннее. Это был бесценный опыт, что удалось выступить на таком старте, по настрою всё будет теперь совсем иначе.

С кем-то из иностранцев пообщались? Возможно, взяли автографы у звёзд плавания.

– Я ни с кем почти не разговаривала из иностранцев, потому что плохо знаю английский. Автографы ни у кого не брала.

Как вас приняли в команде сборной России? Всё-таки первый ваш турнир.

– Я со всеми лажу, со всеми дружу в нашей сборной. Всё хорошо.

Родственники следили за турниром, переживали?

– Они мне постоянно писали, говорили, Ралина, мы с тобой! Мама постоянно была со мной на связи, её подруги, дальние родственники говорили ей – а мы Ралину видели по телевизору!

Что привезёте родным?

– Набрала множество сувениров, подарочков. Сестре привезу духи, вкусности.

Хайдайвер Павел Истомин заявил, что казанская башня Сююмбике более красивая, нежели Эйфелева башня. Вы с ним согласны?

– Я не видела Эйфелеву башню ночью, только потом смогу дать ответ. Хочется сегодня успеть.

Что скажете про французскую кухню?

– Мне не очень заходит, наша татарская кухня куда ближе. Круассаны я вообще не люблю, мне не нравится.

Что-то экстравагантное попробовали, возможно? Лягушачьи лапки?

– Фууу, точно нет! Не для меня.

Конина? Французы, как и татары, едят лошадей.

– А я не ем конину, и в Казани не ела. Так что не хочу. Ничего такого не пробовала.

Многие наши ребята жалуются на еду. Вам тоже не зашло?

– На самом деле, я просто скучаю уже по родной нашей татарской еде. У меня она как-то больше в душе сидит, нежели другая кухня.

Что скажете про погодные условия? Как приспособились к жаре?

– Мне больше нравится зима, а не лето. Очень жарко, даже сейчас сидела в коллруме, и мне было очень жарко. Что вчера, что сегодня. Тяжело так выступать. Не очень комфортно.

Жить смогли бы в теории в Париже?

– Нет, думаю точно нет. В Казани больше нравится, и я больше люблю холод. Зиму.

Автор: Рустам Имамов